Петро-Павловский кафедральный собор г.Симферополь - О "славянском" неоязычестве
Выделенная опечатка:
Сообщить Отмена
Закрыть
Наверх

О "славянском" неоязычестве

Осень приносит не только шуршащее золото листвы, аромат плодов и начало нового учебного года, но и праздники. Некоторые из них входят в нашу жизнь через парадный подъезд – четким красным шрифтом календаря, объявлением диктора, поздравлением священника в храме; они приносят полные горсти суеты и радости, трудов и улыбок. Однако есть и другие: те, что вкрадываются на странички социальных сетей, просачиваются в новостные ленты, забираются в почтовый ящик и, потупив мордочку, замирают в папке «Спам», глядя оттуда подозрительно честными глазами.

Они непривередливы и радуются любому пришедшему. Они приветливы и всегда готовы рассказать о себе поподробнее. Это всевозможные «фестивали славянской культуры», «фольклорные праздники», «открытые концерты» – все едино, как ни назови. Странное дело: казалось бы, это мелкие мероприятия, проводимые кое-где отдельными энтузиастами – но на круг их в одном Подмосковье набирается столько, что от Осенин, Спожей, Радогощей и Свароговых дней начинает рябить в глазах. Неужели до наших дней действительно сохранились какие-то ростки древних культов? Что ищет современный человек, смахивая пыль с этих древностей?

Приговор науки по поводу «славянских традиций» вполне определен: это предмет скорее археологии, чем этнографии. Даже до XVI века сохранилось немногое, преимущественно в сельской среде, и то – лишь относящееся к одной из трех узких категорий.

Во-первых, это праздники, приметы и обычаи, связанные с годовым кругом сельскохозяйственных работ. При этом, поскольку сроки посевной, основные культуры и характер работ разнились от губернии к губернии, они не составляли не то что единой, но даже более-менее общераспространен ной традиции. Многие торжества постепенно затмевались праздниками церковного круга как более значимыми в общественной жизни. Так, осенние празднования, посвященные окончанию сбора урожая, сливались с Крестовоздвижением, Рождеством Пресвятой Богородицы, с днем памяти св. Симеона Столпника – или вытеснялись ими на более поздние даты.

Во-вторых, это своеобразное почитание стихийных сил. Так, по свидетельству С.В. Максимова российского этнографа беллетриста XIX в., члена Петербургской АН, – в деревнях сложилось особо трепетное отношение к добытому трением дерева огню. Он считался чистым, «живым» и употреблялся как средство от болезней и мора. В горящий очаг нельзя было плевать, плескать воду или бросать нечистоты; на время разжигания огня прекращались любые ссоры и споры – иначе не миновать пожара. Почитанием была окружена и вода: капли первого весеннего дождя, воды реки сразу после ледохода, а также вода из «громовых ключей» – родников, открывшихся от удара молнии.

В третьих, это правила общения с «живущими бок о бок» с человеком сущностями – лешим, водяным, домовым, овинником, банником, полевиком. В отличие от стихий, которые, хотя и требуют почтительного отношения к себе, в целом нейтрально относятся к людям, эти создания капризны, раздражительны и мстительны, а их шутки граничат с откровенным злодейством. Обитатели лесов, рек и болот считались более враждебными, чем «домашние» – но и с теми, и с другими старались держаться на расстоянии, лишний раз не провоцируя.

В повседневной жизни эти три категории, по свидетельству ученых, были тесно связаны между собой – в некоторых губерниях даже до полного взаимопроникновения. Тем более что хранитель этих знаний, крестьянин, считал их вещами совершенно обыденными. Языческие в своей основе приметы и обряды не были ему интересны сами по себе – это попросту хитрости, необходимые в крепком хозяйстве. Он был рад ими пользоваться, пока они работали, и легко от них отказывался,едва находил нечто лучшее. К возникавшим изредка попыткам собственно реставрации язычества крестьяне относились безо всякого понимания: «волхвов» обижали, гнали и больно били.

Итак, древние культы славянских язычников, бытовые хитрости русских крестьян и разномастные «творческие фестивали» современности – три разные истории, разделенные историческими и культурными границами.

Как известно, идолов порождают страхи. Что одолевает их? Радость. Нам ли этого не знать?! Ведь мы сами городские жители, и с проблемами мегаполиса знакомы не понаслышке. Если бы нам на Литургии не подавались полные горсти радости, мы бы тоже испуганно метались в потемках, заключенные в свою жизнь, как муравьи в коробок. Только радостью, только чудом и держимся. А в великие праздники  – Воздвижение Честного Креста, Рождество Пресвятой Богородицы, Покров – радость наполняет нас! Научиться бы нам этой радостью делиться…

Андрей Чагинский

"Православная Москва" № 606 сентябрь 2016


Назад к списку